Трудности ландшафта, купцы и военные: как Ставрополь городом стал

На возвышенности, где часто происходили оползни, а вода не всегда была пригодной для питья, хоть и била при этом во многих местах, отставные солдаты, авантюрные купцы и крестьяне-первопроходцы обживали место, ставшее городом Ставрополем. Как происходил этот процесс, с какими трудностями приходилось сталкиваться первым горожанам и причём здесь древнее море? Вместе с научным сотрудником музейно-выставочного комплекса "Россия — моя история" Владимиром Сергеевым выпускающий редактор ИА Stavropol.Media отследила, как из военной крепости и казачьей станицы вырос и окреп административный и торговый центр Предкавказья, и разобралась в мифах о городе.

Лилиана Ярощук, музейно-выставочный комплекс

Научный сотрудник музейно-выставочного комплекса "Россия — моя история" Владимир Сергеев и выпускающий редактор ИА Stavropol.Media Вероника Кизима. Фото: Лилиана Ярощук, музейно-выставочный комплекс "Россия — моя история"

Когда город стал городом

Официальной датой рождения Ставрополя как города историки называют 1785 год. Именно тогда императрица Екатерина II подписала указ о присвоении поселению у крепости статуса уездного города. Этот документ стал переломным моментом в истории будущей краевой столицы.

Однако, как поясняет научный сотрудник музея Владимир Сергеев, всё началось с крепости Азово-Моздокской оборонительной линии, заложенной в 1777 году. Рядом с укреплением, ниже Крепостной горы, почти сразу возникла станица казачьего Хопёрского полка, чьи воины не только строили крепость, но и составляли её гарнизон.

"Улицы станицы — например, Хопёрская (сейчас Голенева) или Казачья в районе Нижнего рынка — до сих пор хранят память о первых жителях", — отмечает научный сотрудник.

Вид на Ставрополь. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Но город — это не только военные. По словам Владимира Сергеева, вокруг крепости стихийно формировалось и гражданское поселение. К моменту подписания императорского указа здесь уже сложилось полноценное сообщество. Собеседник подчеркивает, что получение статуса было обоснованным и продуманным шагом.

"Работа с документами постоянно убеждает нас: в XVIII веке никакое название или статус не давались случайно. Всё было очень взвешено", — говорит Владимир Сергеев.

К 1785 году в поселении уже проживало достаточно людей, чтобы соответствовать первому, уездному разряду городов Российской империи.

Крепостная стена и Шефский дом

Материальных свидетельств самого раннего, крепостного периода истории Ставрополя на улицах города сохранилось немного. По словам историка Владимира Сергеева, в городе есть два ключевых объекта, напрямую связанных с крепостью. Первый и самый известный — фрагмент крепостной стены, сложенный из местного ракушечника. Второй, менее заметный, находится чуть дальше, за зданием музыкальной школы по улице Суворова.

"В качестве археологического памятника там сохранены остатки фундамента так называемого Шефского дома. Его название связано с куратором полка — представителем императорской фамилии. Это здание служило гостевой резиденцией для высокопоставленных лиц, местом для офицерских собраний, а в нужный момент могло выполнять функции штаба или Дома офицеров", — пояснил историк.

Искали новой жизни: кем были первые жители

Военная крепость быстро обрастала гражданским поселением. По словам научного сотрудника музейно-выставочного комплекса, костяк первых невоенных жителей составляли три категории: отставные солдаты, торговцы и ремесленники. Последние обслуживали нужды не только гарнизона, но и растущего населения.

Отставные солдаты, прикипевшие к Кавказу

Первыми и главными гражданскими поселенцами стали отслужившие свой срок военные. Районы современных улиц Ленина и Мира в начале XIX века именовались Солдатской слободой. По словам Владимира Сергеева, часто это был осознанный выбор. Солдаты, служившие по 20 и более лет, часто теряли связь со своей малой родиной, на которой их давно забыли. А Кавказ же манил новыми возможностями.

"Сразу стало ясно, что здесь, на территории Предкавказья, серьёзным фактором была невероятно плодородная земля, где можно обосноваться, начать своё хозяйство уже в зрелом возрасте", — говорит эксперт.

Ставропольская возвышенность казалась привлекательной: источники били прямо у стен крепости, Чёрный лес давал строительный материал, а плодородные чернозёмные степи сулили богатый урожай. Бывшие солдаты, прошедшие суровую школу жизни и часто имевшие небольшое, но постоянное пенсионное содержание, стали одной из основ самостоятельного населения.

За солдатами шли купцы

Где есть люди с деньгами и потребностями, там неизбежно появляется торговля. У бывших солдат, которые здесь оседали, были выплаты — пусть и небольшие, но стабильные. Им всегда было что-то нужно — потребности от иголки до серпа удовлетворяли купцы. Кого-то из них на Кавказ приглашали, а кого-то вела "невидимая рука рынка".

"Торговать на Кавказе было очень интересно и выгодно. Город в плане своего развития очень многим обязан именно торговым людям", — подчеркивает историк.

Так в городе появлялись базары и торговые ряды. Кроме того, купцы преуспевали в торговле скотом, который был здесь просто необходим как тягловая сила.

Базар в Ставрополе. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

"Как на Марс улетали"

И всё же главным экономическим двигателем региона было земледелие. Невероятно плодородная ставропольская земля, дававшая хорошие урожаи, стала магнитом для крестьян из перенаселённых центральных губерний. Переселение было весьма рискованным предприятием, отмечает Владимир Сергеев. Дорога выдавалась долгой, переезжали семьями, совершенно не зная, что их ждёт впереди.

"Они прощались навсегда. Будто собирается группа людей и стартует на Марс. Долетят ли? Получится ли? А если не получится, вернуться или нет? Но тот, кто добирался и обосновывался, наверное, никогда об этом не жалел", — делится историк.

Земля давала не только пропитание, но и товарный хлеб, а значит — деньги и стабильность. Этот мощный аграрный поток окончательно закрепил статус территории и обеспечил рост городу.

Город без женщин

Первые десятилетия жизни крепости и поселения ознаменовались серьезным перекосом в гендерном составе — мужское население, естественное для военного форпоста, резко преобладало.

"В первые годы женского населения не хватало. Но даже тогда, в конце XVIII века, существовало понимание, что нельзя допускать, чтобы мужчины долго оставались одни. Для развития жизни и "пускания корней" нужно, чтобы "всех друг другу хватало", — рассказывает Сергеев.

Государственная переселенческая политика империи, по словам историка, включала в том числе и целенаправленное перемещение женщин, включая каторжанок, на новые земли для закрепления населения и нормализации социальной жизни. Со временем, как отмечает историк, баланс был налажен, что стало важным этапом в превращении военной крепости в полноценный город.

С севера на юг, с запада на восток

Упорядоченность и строгая планировка Ставрополя, чьи улицы словно начерчены по линейке, — результат продуманной государственной политики XIX века, отмечает историк. Чтобы понять, как формировался городской ландшафт, стоит обратиться к историческим картам.

По словам научного сотрудника музея, ценным источником является, например, план застройки города 1830 года, который лично завизировал император Николай I, известный своей скрупулёзностью в инженерных вопросах.

Проспект Карла Маркса в Ставрополе. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

"Планирование и строительство городов было очень серьёзной государственной задачей, проходившей под госконтролем. Селиться где попало, конечно, было нельзя", — добавляет Владимир Сергеев.

План застройки наглядно показывает, как развивался Ставрополь: на карте отмечены уже застроенные к 1800 году кварталы и проекты их дальнейшего расширения.

"Город построен чётко по улицам с севера на юг и с запада на восток", — отмечает Владимир Сергеев.

Естественно, холмистый рельеф вносил свои коррективы: подгорные улицы, следуя изгибам местности, могли становиться полуокружными. Но там, где ландшафт позволял, прокладывались исключительно прямые линии.

Чёрный лес и камень со дна древнего моря

Ставрополь строился из того, что было под ногами. Как напомнил Владимир Сергеев, ставропольская возвышенность — это бывшее дно древнего Сарматского моря. За миллионы лет из останков морских организмов здесь сформировался камень-ракушечник, или песчаник. Именно из этого тёплого и долговечного материала в Ставрополе начали строить первые капитальные здания.

Прежде всего, из этого материала создавали саму крепость, фрагмент которой в центре города сегодня видят все туристы. По некоторым сведениям, как рассказал историк, первая каменоломня могла находиться недалеко от Крепостной горы. Камень можно было обрабатывать даже простыми инструментами, но его добыча и доставка обходились дорого. Поэтому, как отметил Владимир Сергеев, знаменитые каменные стены крепости на Крепостной горе появились не в 1777 году, а позже — к 1800-му, когда наладили строительную логистику. Первые дома строились из дерева Чёрного леса, подступавшего к крепости.

Вид на Ставрополь. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

"Местные дубы и грабы не имели идеально прямых стволов, как сосны центральной России. Построить из них качественное сооружение было сложно. Но вариантов особо не было, и лес довольно скоро начал редеть", — объяснил Владимир Сергеев.

Как добавил научный сотрудник, в Ставрополе практически не было чисто деревянных домов. Со временем в городе наладили работу каменоломен. Наиболее крупная из них находилась в районе Павловой дачи — в память об этом одна из улиц там называется Каменоломской.

"Одним из первых каменных зданий стал двухэтажный дом на проспекте Карла Маркса. Он немного старше крепости. Сейчас рядом с ним находится памятник Пушкину. Здания из жёлтого кирпича до сих пор составляют основную часть архитектурного ландшафта исторической части города", — делится Владимир Сергеев.

Как добавил историк, вплоть до недавнего времени в городе сохранялись более простые постройки.

"Ещё 15–20 лет назад на улице Краснофлотской стояли глинобитные дома с камышовыми крышами. Каркас делался из дерева и прутьев, обмазывался глиной, которую добывали тут же в яру. А крышу создавали из камыша, который рос рядом", — поделился воспоминаниями Сергеев.

Город на холмах и "живая земля"

Ставрополь изначально строился на сложном, "живом" рельефе. Научный сотрудник музейно-выставочного комплекса объяснил, что главной сложностью для градостроителей здесь всегда был ландшафт.

"Ставрополь расположен на возвышенности сложного профиля. Разница высот в разных районах составляет до 400 или даже до 500 метров над уровнем моря", — отметил историк.

Такие перепады создавали крутые улицы, по которым и сегодня непросто перемещаться. Но проблема была не только в крутизне. В наследство от морского прошлого территория города получила "плывущий" грунт — местность склонна к образованию оврагов и оползней. Эту задачу также пришлось решать.

Вид на Ставрополь. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Воды много, но пить можно не всю

Ещё одна проблема раннего Ставрополя — это история борьбы как с избытком, так и с недостатком воды одновременно. Несмотря на обилие родников, город столкнулся с серьёзной проблемой нехватки питьевой воды, рассказал Владимир Сергеев.

Как отметил историк, Крепостная гора была полна родников, которые питали несколько рек — Члу(Ташлу), Желобовку, Мутнянку, Мамайку. Желобовка брала начало начиналась в районе пересечения современных проспектов Октябрьской Революции и Карла Маркса. Позже Желобовку из самого центра города убрали под землю — сейчас её журчание можно услышать в районе 64-й школы на улице Дзержинского, где она ненадолго выходит из-под земли.

Источники по всему Ставрополю были настолько активны, что могли появиться прямо на стройплощадке, при подготовке котлованов больших зданий.

"Ты строишь себе жилище и в процессе строительства с удивлением обнаруживаешь, что у тебя в фундаменте, который ты только что вырыл, начинает бить ключ", — привёл пример Сергеев.

Из-за сложного рельефа Ставропольской возвышенности с оврагами и родниками проектировщики в начале XX века приняли непростое решение при строительстве железной дороги из Ростова во Владикавказ.

"Именно исходя из специфики местности при проектировании, Ставрополь обошли вниманием. Пустили дорогу через станицу Невинномысскую. Несмотря на необходимость строить мост через Кубань, равнинный профиль местности там был признан более предпочтительным, чем ставропольские холмы и овраги", — пояснил историк.

Парадокс ставропольской водной системы, по словам эксперта, заключался в том, что при обилии родников далеко не вся вода была пригодна для питья.

"Часть воды была горькой. Использовать в хозяйстве было можно, а пить — нет", — отметил Владимир Сергеев.

Родник Аульчик в Ставрополе. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Главными питьевыми источниками стали Холодный родник, Карабин на Павловой даче и мощный родник Аульчик в районе Верхнего рынка. Со временем от них начали проводить водопроводы. Первым это сделал купец Гавриил Тамамшев. На свои деньги меценат проложил трубы от Карабина к центру города. Решили проблему с водой только в середине ХХ века, когда в 1948 году завершилось строительство Невинномысского канала.

Лермонтов в госпитале, школы в домах купцов

Обустройство городской инфраструктуры было обусловлено военной необходимостью с одной стороны и благотворительностью — с другой. Так, первый госпиталь появился практически сразу и использовался для нужд крепости. Первое такое учреждение построили вне крепостных стен, располагалось оно на современной улице Булкина. Кстати, одним из его пациентов был поэт Михаил Лермонтов.

Первая мужская гимназия, открытая во второй половине 1830-х годов, изначально заняла здание купца Никиты Плотникова на углу современных проспекта Карла Маркса и улицы Розы Люксембург. Когда же встал вопрос о подготовке церковных кадров для новой Кавказской епархии, на помощь пришёл известный меценат Гавриил Тамамшев.

"Купец Тамамшев предоставил свой дом для первого помещения семинарии. Здание в районе Нижнего рынка напротив "Пассажа" стало первой материальной "базой" духовного образования города. Позже для неё было построено отдельное здание на нынешней улице Пушкина", — рассказал историк.

Духовная семинария в Ставрополе. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Торговые тракты и железнодорожный тупик

Первыми транспортными артериями, связавшими крепость с внешним миром, были военные дороги — тракты. Как пояснил Владимир Сергеев, их маршруты отражались в названиях улиц. Например, проспект Карла Маркса изначально назывался Черкасским трактом.

"Первая и главная транспортная артерия, которая связывала крепость с другими регионами, уходила в направлении современного Ростова-на-Дону и дальше Новочеркасск", — отметил Владимир Сергеев.

В районе Тифлисских ворот (или Триумфальной арки), начинался Тифлисский тракт — дорога через Кавказские Минеральные Воды на Тбилиси. Путешествие по этим маршрутам на лошадях или в экипажах занимало недели, а иногда и месяцы.

Вид на Ставрополь. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Город долгое время был в стороне от главной железнодорожной артерии, рассказал научный сотрудник музея. Во время строительства железной дороги от Ростова-на-Дону до Владикавказа в конце XIX века Ставрополь оказался в стороне. Рельсы проложили здесь лишь в начале ХХ века при создании ветки Армавир-Туапсинской дороги. Эта особенность на десятилетия определила своеобразное "тупиковое" положение Ставрополя в железнодорожной сети, заставив город искать альтернативные пути развития и торговли.

Дом-вокзал и тоннели в лесу: ищем следы древней железной дороги в Ставрополе

Корр. ИА Stavropol.Media проследовал в историю по пути рельсов и шпал

Город руками купцов

Архитектурный облик Ставрополя формировали не только инженеры и архитекторы, но и местные предприниматели-меценаты. Среди них было много фигур, оставивших немалый след в истории города. Одной из ключевых стал купец и городской торговый старшина Игнат Волобуев. Как рассказал историк Владимир Сергеев, в 1843 году, когда в Ставрополе учреждалась Кавказская и Черноморская епархия, Волобуев занимал пост городского головы. Приехавшему первому епископу Иеремии нужна была резиденция, и купец решил этот вопрос.

"Игнат Волобуев предоставил ему возможность безвозмездно жить в своём поместье, а потом вообще передал его церкви — сейчас это территория Крестовоздвиженского храма", — поделился историк.

Но этим его деятельность не ограничилась. По словам историка, Волобуев построил каменные торговые ряды в районе Крепостной горы. Он же участвовал в строительстве Спасской церкви, ныне не существующей.

Вид на Ставрополь. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Особая заслуга купца связана с 1847 годом, когда Ставрополь стал центром губернии. Для размещения органов власти потребовался целый комплекс государственных зданий —Присутственные места. Здания, составившие Присутственные места, и поныне служат людям. Они расположены на улице Советской.

"Волобуев, Тамамшев, Алафузов и многие другие купцы застраивали центральные улицы зданиями в разных архитектурных стилях. Самые яркие здания появились на рубеже 19-20 веков и были выполнены в стиле "модерн". Можно сказать, ставропольские купцы сформировали облик Ставрополя. Они были невероятными людьми, большими почитателями своего города", — резюмировал Владимир Сергеев.

Казачья улица и Интендантский переулок

История первых этапов становления Ставрополя зашифрована в названиях его улиц. Многие из них напрямую указывают на военное и казачье прошлое города, отметил Владимир Сергеев. Собеседник привёл несколько примеров из городской топонимики. Так, Казачья улица в районе Нижнего рынка указывает на место расположения станицы. Интендантский переулок на Крепостной горе хранит память о военно-тыловой службе. Именно в этом районе находилось огромное двухэтажное складское здание с арочными переходами. Сюда приходили воинские части для получения обмундирования, вооружения, фуража, продовольствия и жалования. Этот мощный логистический узел и дал название переулку.

Вид на Ставрополь. Фото: предоставлено музейно-выставочным комплексом "Россия — моя история"

Точно ли город креста?

Один из самых красивых и живучих мифов о Ставрополе связан с его названием. Считается, что город был назван так потому, что при строительстве крепости в земле нашли каменный крест ("ставрос" по-гречески). Научный сотрудник музейно-выставочного комплекса "Россия — моя история" не стал называть эту версию заблуждением, подчеркнув, что она красива и отчасти обоснована.

"На Крепостной горе действительно находились каменные кресты-памятники. Но созданы они были после строительства крепости. Сама же крепость получила имя "Ставропольская" ещё на этапе планирования Азово-Моздокской оборонительной линии, до начала строительных работ", — уточнил Владимир Сергеев.

Несмотря на это, эксперт с большим уважением отозвался о легенде и самой идее креста как символа. Он напомнил о других древних каменных крестах, найденных на территории края, — Преградненском (хранится в музее -заповеднике им. Г. Прозрителева и Г. Праве) и Дмитриевском (стоит у села Донского).

"По мнению ряда учёных, у этих каменных крестов молились путники. А сами кресты на наиболее важных дорогах устанавливались с учетом расстояния, которое путник преодолевал за сутки — через каждые 25–30 км", — пояснил Владимир Сергеев.

Двухэтажный город и купеческий менталитет

Следы истории формирования города до сих пор можно найти в улицах Ставрополя. Так, по словам Владимира Сергеева, среди историков укоренился образ "двухэтажного города". Каменные постройки, появившиеся с середины XIX века, редко превышали два-три этажа.

"Купцы и зажиточные горожане, строя свои особняки, хотели не просто "вписаться" в город, но и оставить о себе память. Архитектура была делом статусным, чему способствовали талантливые зодчие, например, главный архитектор города в 1860-х гг. Павел Воскресенский. При этом пространства позволяли не уходить в высоту. Если есть возможность купить у соседа часть его усадьбы, то зачем строить "небоскрёб" в четыре этажа? Можно и в два нормально уложиться", — рассуждает историк.

Он добавил, что трёх— и четырёхэтажные технологии в XIX веке были сложны, требовали серьёзных расчётов, дорогих перекрытий и, как правило, применялись в столичных городах. Ставрополь же оставался городом двухэтажным. Эта камерность, по мнению Владимира Сергеева, повлияла и на менталитет его жителей в дореволюционное время — ритм жизни в Ставрополе был менее динамичным, чем в столицах, и подчинён естественным биологическим циклам.

Современный Ставрополь, как отмечает историк, в итоге стал очень разным: в нём гармонично соседствуют традиционные двухэтажные особняки центра и современные высотные кварталы. Так, преодолевая вызовы сложного рельефа и логистики, нехватку одних ресурсов и избыток других, город сформировал свой уникальный характер.